Трагедия Бабьего яра


Ба́бий Яр (укр. Бабин Яр) — урочище в северо-западной части Киева, между районами Лукьяновка и Сырец. Бабий Яр получил всемирную известность как место массовых расстрелов гражданского населения, главным образом евреевцыган, киевских караимов[1], а также советских военнопленных, осуществлявшихся украинскими коллаборационистами и немецкими оккупационными войсками в 1941 году[2]. Всего было расстреляно, по одним источникам, до ста тысяч человек[3] по другим свыше ста тысяч о чем свидетельствует надпись на центральном памятнике[4]. Спаслось из Бабьего Яра 29 человек[5].
Среди прочих, в 1941—1943 гг. в Бабьем Яру были расстреляны 621 член Организации украинских националистов (сторонников А. Мельника)[6].
В настоящее время на территории Бабьего Яра находятся несколько памятников и мемориальных комплексов жертвам Холокоста [7] и другим жертвам убийств. До Куренёвской трагедии 1961 года здесь находился один из самых больших в Киеве оврагов — длина около 2,5 км, глубина — свыше 50 м. По его дну протекал одноимённый ручей, взятый в настоящее время в коллектор.

ЭТО НАДО ПОМНИТЬ ВСЕГДА! 






Бабий Яр

Шмуль-Лейб (Дмитрий) Меламуд

Немцы заняли Киев 19 сентября 1941-го. Немедленно была организована полиция, состоявшая, по крайней мере, на первых порах, в значительной части из пришедших с нацистами галицийцев. Началась волна арестов, обысков, облав, розыскных мероприятий по заранее подготовленным спецслужбами «Особой розыскной книге СССР», «Спискам по выявлению места проживания». Охотились за партийными и советскими работниками. В считанные часы в городе создалась накаленная атмосфера выискивания «обидчиков» — коммунистов, чекистов, активистов и сведения с ними счетов. Коснулось это и евреев.
Появлялось все больше признаков того, что устанавливавшийся в Киеве оккупационный режим имел четко выраженную антисемитскую направленность. Отношение к еврейскому населению со стороны нацистов и тех, кто их поддерживал, становилось все более агрессивным. По свидетельству жителей города Е. Литошенко, Т. Михасева и других, уже 21 сентября на улицах, у водонапорных колонок, в людных местах происходило избиение евреев. Гитлеровские солдаты и местная полиция оцепили синагоги и вывезли всех молящихся в неизвестном направлении — никто больше никогда их не видел. Вскоре на берегу Днепра под Киевом стали находить мешочки с еврейскими молитвенными принадлежностями. Особенно много людей погибло в Голосеевском лесу, который был завален трупами.

21-22 сентября 1941-го в Киеве произошли события, которые сыграли роль предлога для начала массового истребления евреев. Одно за другим взрывались роскошные здания на Крещатике, где разместились различные немецкие структуры. Один из очевидцев вспоминал, давая показания Чрезвычайной госкомиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков: «Приблизительно часа в 2 дня в магазине «Детский мир» произошел взрыв... Мы посмотрели в сторону взрыва и нам показалось, что из Детского мира появился клуб дыма. Через несколько секунд я увидел, как огромных размеров огненный язык взметнулся по направлению к магазину кондитерских изделий. После этого раздался оглушительный взрыв. Я увидел, как стена огромного дома, где помещался «Детский мир» отошла от здания и провалилась на улицу... взорвался Универсам...». Последствия взрывов и начавшихся после этого пожаров были ужасающими: исторического центра Киева, составлявшего славу города, больше не существовало. В горы битого кирпича, обожженные скелеты зданий превращены центральная магистраль украинской столицы — Крещатик и еще три километра прилегающих к нему улиц: Николаевская (ныне Городецкого), Меринговская (Заньковецкой), Ольгинская, часть Институтской, Лютеранской, Прорезной, Пушкинской, Фундуклеевской (Богдана Хмельницкого), бульвара Шевченко, Большой Васильковской (Красноармейской), Думская площадь (площадь Незалежности) — всего 940 крупных жилых и административных зданий, среди них пять лучших кинотеатров, театр, консерватория, цирк. Разрушения причиняли фугасы, взрываемые по радио с большого расстояния — до 400 км. Советские минеры заложили радиомины в лучшие административные и комфортабельные здания, в которых, по расчетам НКГБ, должны были размещаться немецкие штабы, органы оккупационной власти, квартиры немецких генералов и офицеров. Советская пропаганда предпочитала обходить вопрос о том, кто уничтожил Крещатик, либо списывала все на немцев. Даже Н.С. Хрущев в своих знаменитых мемуарах «Время, люди, власть» писал: «Крещатик был разрушен после прихода немцев. Я так и не смог разобраться, кто же взрывал дома ...Немцы объясняли населению, что взрывали партизаны. Я знаю, что таких заданий партизаны не получали, но кто его знает?».
Как бы то ни было, но взрывы действительно послужили предлогом к уничтожению киевских евреев. 28 сентября повсюду было расклеено объявление немецких властей. В литературе приводятся разные варианты этого приказа, хотя по содержанию они одинаковы. Приведенный нами текст списан с экземпляра этой листовки, хранящейся в материалах ЧГК. Вот он: «Все жиды города Киева и его окрестностей должны явиться в понедельник 29 сентября 1941 к управе на угол Мельниковой и Доктеривской улиц. Взять с собой документы, деньги и ценные вещи, а также теплую одежду, белье и пр. Кто из жидов не выполнит этого распоряжения и будет найден в другом месте будет расстрелян. Кто из граждан проникнет в оставленные жидами квартиры и присвоит себе вещи будет расстрелян». Поскольку в этом месте проходила железная дорога, то многие евреи думали, что их собирают для эвакуации в какой-нибудь концлагерь в Германии, и этим объясняли приказ захватить белье и теплые вещи. Именно поэтому основная часть киевских евреев спокойно собралась на указанное место. Впрочем, даже среди оккупационных войск не все верили в возможность поголовного уничтожения евреев. Сохранился рассказ о том, что у проходящего немца старики, хорошо говорившие по-немецки, спросили: «Правда ли, что нас будут сейчас расстреливать?» «Что Вы, что Вы, чтобы немцы сделали такую подлость. Никогда в жизни!» — возмутился тот.
Оккупационные власти пунктуально и педантично готовились к проведению бесчеловечной акции: 25 сентября они приняли прибывшего в Киев главного начальника СС и полиции обергруппенфюрера СС Ф. Еккельна — уже сам по себе этот визит за три дня до расстрела говорит о многом. 26 сентября Еккельн провел совещание с участием чинов СС, полиции безопасности и СД у коменданта города генерал-майора Эбергарда, на котором был рассмотрен и утвержден план «мероприятия».


С помощью городской управы было определено место расстрела — целая сеть яров длиной 2,5 км, глубиной — 20-25 м, с одной стороны которых был пустырь, далее роща, а другая — упиралась в кладбище. Был выработан маршрут, назначено место сбора жертв (место сбора было указано не точно, улиц с такими названиями в городе не было — авторы приказа явно не знали города), отпечатано и расклеено по всему городу до 2 тыс. объявлений с приказом.
Нацисты подготовили надежное обеспечение акции: кроме спецподразделения СС, на которое была возложена главная роль, была привлечена вновь созданная киевская полиция, задачей которой было обеспечение «порядка». Были проведены дезинформационные действия: распространялись слухи о переписи евреев, их переселении, проинструктированы тысячи управдомов и дворников. Было осуществлено множество других мер, последовательная реализация которых в крайне сжатые сроки свидетельствует о том, что, вступая в Киев, гитлеровское командование уже вынесло смертный приговор евреям города и заранее начало подготовку к их массовой казни. Весь комплекс мероприятий по подготовке небывалой карательной операции был завершен 28 сентября. Вермахт, СС и украинские «вспомогательные силы» действовали четко и слаженно. Командовавший эсэсовской айнзацгруппой «С» д-р Раше сообщал в Главное управление имперской безопасности, что «предусмотрена казнь, по меньшей мере, 50000 евреев. Вермахт приветствует эти меры и просит о радикальных действиях»2.

С рассветом 29 сентября начался исход десятков тысяч стариков, женщин, детей в братскую могилу в Бабьем Яру. Вновь предоставляем слово очевидцу. Виктор Орлов был руководителем подпольной группы «Шурай», действовавшей в Киеве в 1942-м-1943-м и после освобождения города написал отчет о жизни под оккупацией где и находится отрывок, посвященный события сентября 1941-го: «Поток беззащитного еврейского населения двигался три дня и три ночи. Старики, старухи, женщины и дети, мужья и сыновья беспрерывным потоком двигались по направлению к еврейскому кладбищу. Населению, проживавшему по улицам, где происходило движение беззащитного еврейского населения, не разрешалось выходить со двора, разговаривать с движущейся массой, подавать воду для питья и впускать в жилище для его личных надобностей. За соблюдением этого зорко следили эсэсовцы... Однако, под разными предлогами выставлялось ведро с водой для питья... Старцы, после своего последнего молебна, в своих траурных одеждах двигались среди общей массы. Тех, которые были не в силах ходить, несли на спине, или же везли в коляске. Тупые озверелые немецкие офицеры по пути следования отбирали у населения чемоданы, носильные вещи... В момент сопротивления избивали сопротивляющихся до полусмерти и оставляли лежать на мостовой, не разрешая оказать помощь. ...Мимо моего дома шли сотни знакомых лиц, но распрощаться с товарищами нельзя, ибо за всем зорко следит гестаповец. Никак не верилось, что такое количество беззащитных людей безо всякого обвинения ведут на расправу только за то, что они еврейской национальности». На второй день Орлов пробрался на само место расстрела. Вот, что он увидел: «...Люди, выходившие к месту расстрела, были догола раздеты, а некоторые были в нижнем белье. К месту расстрела они не шли, а бежали, прижавшись друг к другу. Некоторые что-то пели и кричали. Это были умалишенные. Раздалась очередь пулемета или автомата — некоторые падали в овраг. Остальные падали здесь на месте — некоторых гитлеровские убийцы сталкивали в яр живыми, в том числе и детей, которых кидали, взяв за ногу и размахнувшись... Золотые коронки и зубы вынимались или выбивались до расстрела». Кроме собственно евреев погибло много русских и украинцев — членов смешанных семей. Многие из них спокойно прошли первый кордон, где стояли украинцы, часто отговаривавшие их идти дальше. Из-за второго кордона, состоявшего из эсесовцев, не возвратился практически никто.
Расстрелы длились в течение пяти дней. Но наиболее интенсивными они были в первые два дня, когда погибла основная масса людей. Кроме того, в Кирилловской психиатрической больнице были уничтожены все больные евреи (около 300 человек), которых вывезли в отделение, расположенное в лесу. Подводили их к яме и сталкивали туда больничные санитары. Кроме того, часть евреев была сосредоточена в лагере на Керосинной улице. Начиная с 29 сентября и до 3 октября ежедневно из лагеря уходили 15-20 грузовых машин, куда заталкивали евреев до 16 и после 35 лет. Они возвращались, везя обратно лишь их одежду.
К исходу пятого дня Киев стал городом, «свободным от евреев» — «юденфрай». Точная цифра погибших в Яру неизвестна. Согласно отчету, обнаруженному в Германии, был расстрелян 33771 человек. Но, по всей вероятности, это касалось лишь первых двух дней. Так что общую цифру жертв Яра можно определить примерно в 50-60 тысяч человек.

Я хотел бы закончить эту статью стихотворением, написанным некой Ольгой Ансшет (прошу прощения, если переврал фамилию, неправильно прочтя ее в рукописных бумагах времен войны), посвященное этой трагедии:

Слушайте! Их посылали в строй,
В кучки пожитки сложив на плечах,
Полузадохшися, полуубитых,
Полузаваливали землей!
Видите этих старух в платках,
Старцев, как Авраам величавых,
И Вифлеемских младенцев кудрявых,
У матерей на руках?
Я не найду для этого слов,
Видите, — вот на дороге посуда,
Подраный талес, обрывки Талмуда,
Клочья размытых дождем паспортов?..

1 Пауль Блобель, командовавший уничтожением евреев в Бабьем Яре, в Дробицком Яре (под Харьковом) и руководивший «операцией 1005» по сокрытию следов массовых убийств, был осужден в ФРГ к смертной казни и повешен в 1951 г.
2 В 1947-1948 гг. 24 эсэсовца предстали перед американским военным судом в девятом Нюрнбергском процессе по делу айнзацгрупп и зондеркоманд. Было вынесено 14 смертных приговоров, двое преступников осуждены к пожизненному заключению, остальные — к различным срокам лишения свободы. Однако Раше избежал суда «по болезни».


*****

Еще материал на эту тему: 
МОЛИТВЫ И МИФЫ В БАБЬЕМ ЯРУ ЛЕЖАТ НЕ ТОЛЬКО ЕВРЕИ
Дмитрий Малаков «Зеркало недели» №36, 
http://zn.ua/articles/35571#

ЗЕМЛЯ ПОМНИТ ВСЕ, ДОЛЖНЫ ПОМНИТЬ И ЛЮДИ
Беседа с Альбертом  Крыжопольским
Газета «Форум наций» №10\17 2003
http://www.babiyar-diskus.narod.ru/Kryzhopolsky.html
*****

Хотелось бы добавить от себя.

До сих пор остается много "белых пятен"  и вопросов относительно событий того периода. 
К сожалению, много документов, которые могли бы пролить свет истины на эти события, находятся по-прежнему в секретных архивах СБУ и КГБ России.....

Очень печально, что события в происходившие в Киеве в 1941-1943 гг, особенно расстрелы в Бабьем яру, являются поводом для спекуляций как со стороны некоторых историков и политологов, так и со стороны ряда политических сил, как на Украине, так и за ее пределами. 


А пока, нам остается лишь надеяться, что мы когда-нибудь узнаем правду и  НЕ ЗАБЫВАТЬ о том что было... 


      

Комментарии

Популярные сообщения