Карету мне! История "Скорой помощи"



Врачи заработали на здание первой станции Скорой помощи, выгодно «махнувшись» недвижимостью с губернатором, а карета выезжала к больному максимум через две минуты после звонка

Прообразом службы Скорой помощи в Киеве стал «Кружок ночных дежурств» во главе с Юлием Мацоном, учрежденный по инициативе Общества киевских врачей в 1881 году (кстати, впервые в Российской империи). Впрочем, обслуживание было платным. Но фактически Скорая помощь началась с изобретения телефона в 1886-м, когда больные могли оперативно вызвать докторов.
Первые кареты скорой помощи – бригада из доктора, фельдшера и санитара выезжала именно на карете – в Российской империи появились в Варшаве и Лодзе. И в Киеве инициатором этого благого дела тоже стал поляк – Казимир Модзелевский, служивший одно время бухгалтером киевской канализации. Он сумел заразить идеей и местных врачей, и состоятельных спонсоров, и городских деятелей – и 1902 году на улице Пирогова, 6, открылась спасательная станция Скорой помощи. Никаких «03» или «103» в те времена не было – для вызова кареты надо было просто снять трубку ближайшего телефона и сказать: «Скорую помощь!». Любая телефонистка была в курсе, с кем соединить, ведь АТС тогда еще не было. Дело поставили так, что с момента принятия дежурным звонка до выезда кареты проходило не больше 1–2 минут!


Все выезды Скорой помощи были бесплатными – так гласил устав «Общества Скорой медицинской помощи». Ее финансировали сами члены Общества, уплачивая ежегодные взносы и добровольные пожертвования. Дополнительным источником доходов Общества был выпуск ежегодных адресных и справочных книг по городу – «Календарей», аналога современных «Желтых страниц».


Интересно, что, поскольку Скорая помощь была общественным учреждением, любой желающий мог посетить станцию. И небольшой музей, где, помимо статистических таблиц и наглядных пособий, была представлена коллекция предметов, послуживших причиной вызовам на бытовые ссоры: утюги, ножницы, сломанное коромысло...


Положение врачей-спасателей улучшилось после создания при Обществе особого дамского комитета. Тогдашние светские дамы умели «выставлять» мужчин не только на меха и бриллианты: они регулярно проводили благотворительные балы, гуляния, лотереи с участием толстосумов, щедро бросавших крупные купюры под взглядом прекрасных глаз распорядительниц.


Дела спасателей шли в гору, и Общество приобрело земельный участок по улице Владимирской, 33 (прежде он принадлежал известному врачу-акушеру, профессору Евгению Рейну). Покупка оказалась на редкость выгодной: вскоре в Губернской земской управе затеяли строительство резиденции. А усадьба Общества на магистральной Владимирской показалась чиновникам куда предпочтительнее их собственной – на тихой Рейтарской. Вот они и предложили обменяться с немалой доплатой. Поскольку спасатели не заботились о «козырном» месте, их это вполне устроило.


Губернское земство выстроило себе монументальное здание (теперь здание СБУ), а для Общества Скорой помощи за вырученные от сделки деньги в 1912–1914 годах на Рейтарской, 22, был возведен целый комплекс. Внутри квартала были устроены «казармы» для дежурного персонала, гаражи для автомобилей, конюшни и помещения для карет, а лицевое здание для офисов и клиники выглядело, как настоящий дворец!


Автор проекта Иосиф Зекцер эффектно оформил здание в духе флорентийского ренессанса. Он говорил, что фасад дома – копия «офиса» скорой помощи в Мадриде, а парадные двери аналогичны входу во Дворец дожей в Венеции! К слову, впоследствии судьба архитектора была трагична: он попал под трамвай и умер в том самом здании, которое строил...


...Однако располагались здесь врачи-спасатели недолго: в связи с началом 1-й мировой войны в лицевом корпусе устроили лазарет для фронтовиков. А потом сюда вселялись разные солидные учреждения медицинского профиля: при гетмане Скоропадском – министерство народного здравия, позже, при Советах, – губернский здравотдел, окружной здравотдел... В начале 1930-х годов тут все же действовал один из медицинских институтов, но Киев в 1934 году стал столицей республики – и на Рейтарскую въехал наркомат здравоохранения. Лишь с 1950-х годах здесь вновь стали лечить людей, а сейчас в комплексе располагается 16-я городская больница. Увы, уже несколько лет парадное здание «дворца Скорой помощи» пустует и ожидает ремонта...

Хорошо забытое старое

Скорую помощь узнаете по «звезде жизни»



Взглянув на эмблему киевского Общества Скорой помощи, многие теперь приняли бы их за сионистов – знак действительно напоминает шестиконечную звезду Давида. Но, скорее всего, этот знак был принят из тех же соображений, что и теперь в ряде стран используется голубая шестиконечная «снежинка» – «звезда жизни», эмблема американской Экстренной службы медицинской помощи.


Этот символ истолковывают как объединение шести главных функций Скорой помощи: обнаружение, извещение, отклик, помощь на месте, помощь при транспортировке и транспортировка для дальнейшей помощи. В СССР в качестве опознавательного знака Скорой помощи использовался красный крест, в то время как традиционно он используется только для транспорта Международного комитета Красного Креста. А в независимой Украине на кареты скорой помощи вновь вернулась «звезда жизни».

Как это было

Вызвать скорую – как недельная зарплата



В советское время, в разгар «новой экономической политики» – НЭПа, и на Скорой помощи ввели хозрасчет и платные услуги. При станции на Рейтарской дежурила автокарета для платных перевозок тяжелобольных. Услуга обходилась, по тем временам, недешево: брали до 15 рублей за вызов в зависимости от расстояния – для многих трудящихся это была недельная зарплата. Членам профсоюза полагалась скидка в половину стоимости, а жителям совсем уж отдаленных районов, типа Дарницы или Святошина, приходилось договариваться особо – эта сумма не устраивала перевозчиков.

Человек-эпоха

Амосов первую операцию на сердце сделал на Рейтарской



С 1952 года в Киеве жил и работал великий врач Николай Амосов. Его хирургическая практика связана и со зданием по Рейтарской. В 1953 году Амосов защитил докторскую диссертацию, и его пригласили в наш медицинский институт заведовать кафедрой хирургии «сан-гига» – санитарно-гигиенического факультета, чья клиника находилась тогда на Рейтарской, 22. Вспоминая потом о состоянии этой клиники, Николай Михайлович ограничился двумя словами: «очень плохая». Но, тем не менее, взялся за работу. Вскоре поразил всю кафедру, работавшую по старинке, своими новаторскими приемами.


В 1955-м Амосов заинтересовался сердечной хирургией: первые серьезные операции он провел именно на Рейтарской. Сначала – при местном наркозе, как рекомендовали московские корифеи. Но при этом возникли осложнения, которые едва не стоили пациенту жизни. Врач сделал для себя вывод: «Нет, любимая местная анестезия для сердца не подойдет!».


И, изучив тонкости анестезиологии, Амосов провел первую операцию на сердце женщины под общим наркозом. Результат был вполне успешным – больная прожила еще лет пять. Вслед за этим Николай Михайлович освоил оперативное лечение врожденных пороков сердца у маленьких детей – причем все приходилось делать на старом оборудовании, увидев которое, нынешние хирурги и близко не подойдут к сердцу. А в январе 1957 года Амосов получил новую клинику на Батыевой горе – там, где и улица, и институт теперь носят его имя.
Автор: Михаил КАЛЬНИЦКИЙ

Комментарии

Популярные сообщения